Россияне требуют амнистии долгов. Экономисты: это путь к коллапсу банковской системы
67 процентов россиян хотят закрыть микрофинансовые организации. Каждый второй — с амнистией безнадёжных займов. Такие данные 1 апреля обнародовал SuperJob. Опрос проводили с 30 марта.
Сергей Миронов, депутат Госдумы, ещё раньше предложил запретить МФО и простить долги. Идея нашла отклик. Особенно у мужчин до 35 лет. У тех, кто зарабатывает от 100 до 150 тысяч рублей. Имеет среднее образование.
Ещё 4 процента — только за амнистию без запрета. Столько же против обоих вариантов. Четверть затруднились ответить.
Цифры впечатляют. Но эксперты бьют тревогу.
Юрий Исаев, аналитик Бробанк.ру, говорит прямо: спрос на быстрые деньги никуда не денется. Если прикрыть легальные МФО, он уйдёт в тень. К чёрным кредиторам. А там ставки — 2-3 процента в день вместо официальных 0,8. И взыскание долгов — без судов и приставов. Криминал.
Банки не спасут. Их регулирование жёстче. Высокорискованным заёмщикам они просто не дают. Это подтверждает переток клиентов из банков в МФО в первой половине 2025 года.
С амнистией — отдельная история.
Она уже есть. Через банкротство физлиц. Реально безнадёжные долги списывают. Но массовое прощение ударит по всем. Затронет и тех, кто не платит не потому, что не может, а потому что не хочет.
«Итоговый результат — падение экономики, так как не будет драйвера для финансовой активности населения», — предупреждает Исаев.
Банки и МФО начнут банкротиться. Система рухнет.
Марчел Кырлан, экономист, доцент Финансового университета при правительстве, согласен. На первый взгляд, запрет с амнистией — социальная мера. Долговая нагрузка снизится. Уязвимые заёмщики выдохнут.
Но рисков больше. Главный — уход в тень. Там условия ещё тяжелее. И второй — амнистия формирует опасный сигнал: обязательства можно списать политическим решением. Финансовая дисциплина рушится. В итоге добросовестные заёмщики платят за недобросовестных.
Государство, по словам Кырлана, выбрало другой путь. Не запрет, а жёсткую перенастройку. Снижают предельную переплату. Ограничивают число дорогих займов. Усиливают контроль за закредитованностью.
Вектор понятен: не отмена, а выдавливание самых токсичных практик.
Центробанк приводит цифры. За пять лет число клиентов МФО выросло более чем вдвое. В третьем квартале 2020-го — 5,7 миллиона человек. Во второй половине 2025-го — уже 13,8 миллиона. Люди идут туда, потому что банки отказывают.
Проблема не в МФО. Проблема в отсутствии легального канала для срочных небольших денег у миллионов россиян. Пока банки не научатся работать с высокорискованными заёмщиками, спрос будет уходить либо в регулируемые МФО, либо в тень.
Разговоры о запрете длятся больше десяти лет. Но предпосылок к такому шагу нет даже в ближайшие пять лет, резюмирует Исаев.
Полный запрет звучит эффектно. Но как правовая и экономическая мера он слишком груб. Может породить больше проблем, чем решить.
С 1 марта 2025 года россияне получили право устанавливать самозапрет на кредиты и займы. Уже 1,7 миллиона человек воспользовались. Но и здесь не обошлось без мошенников — они встроили услугу в свои схемы.
А микрофинансовый рынок продолжат закручивать гайки. Без революций. Постепенно. Так считают эксперты. И это, пожалуй, единственный реалистичный сценарий.