Сто двадцать тысяч срочников, двести тысяч контрактников и ни одного мобилизационного решения
Сборные пункты в регионах начнут отправлять новобранцев к местам службы 10 октября. Именно эта дата породила очередную волну слухов о «второй волне», но к мобилизации она отношения не имеет. Речь о плановом осеннем призыве, который проводится каждый год и регулируется отдельным законом.
Начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба генерал-полковник Евгений Бурдинский назвал цифру: около 120 тысяч человек отправятся в войска до конца декабря. Для жителей села, занятых на уборке урожая, срок сдвинут на 15 октября. А в районах Крайнего Севера отправка растянется с 1 ноября по 31 декабря — там свои климатические особенности.
Бурдинский отдельно проговорил момент, который волнует многих: срочников не отправят в зону специальной военной операции. Это не новая норма, она действует с самого начала кампании.
Что говорят в Кремле и регионах
В Екатеринбурге на этой неделе тоже пришлось объясняться. Депутат городской думы Тимофей Жуков после заседания комиссии по безопасности жизнедеятельности населения заявил, что призывная кампания идёт в штатном режиме. Вопросов о мобилизации на комиссии не поднимали вообще.
«Обсуждался обычный призыв на срочную службу, и только», — передал Жуков суть разговора.
Такие пояснения приходится давать потому, что старт отправки срочников из года в год вызывает в соцсетях одно и то же: «неужели мобилизация?». Юридически это разные процедуры. Призыв — исполнение конституционной обязанности для мужчин определённого возраста. Контракт — добровольное соглашение с Минобороны. Мобилизация — особый правовой режим, который объявляет президент указом. Никакого указа нет.
Владимир Путин в сентябре дважды высказался на эту тему. Сначала назвал распространяемые сообщения информационной атакой. Потом, на Восточном экономическом форуме, сказал прямо: сценария, который требовал бы дополнительной мобилизации, на тот момент не существовало. Российские граждане, по его словам, продолжают сами заключать контракты с военным ведомством.
18 сентября Кремль опроверг очередную порцию слухов — на этот раз о планах призвать ещё 300 тысяч человек до конца года. Дмитрий Песков назвал такие сообщения вбросами. Это уже не первый раз, когда пресс-секретарю президента приходится реагировать на подобные «утечки».
Дмитрий Медведев летом приводил цифры, которые объясняют позицию властей. За первое полугодие контракты с Минобороны подписали порядка 200 тысяч человек. Ещё свыше 16 тысяч вступили в добровольческие отряды. В конце августа зампред Совбеза повторил: планов мобилизации нет, текущих темпов набора хватает.
Постоянный представитель России при ООН Василий Небензя говорил то же самое: необходимости в массовом призыве по мобилизации он не видит, и о подготовке такого решения ему неизвестно.
Эксперты, впрочем, продолжают обсуждать гипотетические сценарии. Военный аналитик Константин Сивков в начале октября связал тему с давлением вокруг Калининградской области. Если, мол, эскалация там усилится, может потребоваться переброска дополнительных сил. Но это авторская оценка, а не информация о решении властей. Разница принципиальная.
Штатная численность Вооружённых сил за последнее время выросла. Это тоже подогревает разговоры, хотя увеличение штата и мобилизация — вещи из разных плоскостей. Штат можно наращивать годами за счёт контрактников, что и происходит.
На утро 7 октября подтверждённых данных о подготовке новой волны нет. Официальная линия остаётся неизменной уже несколько месяцев: Путин говорит об отсутствии требующего мобилизации сценария, Кремль опровергает цифру в 300 тысяч, Медведев ссылается на добровольцев. Отправка с 10 октября — это осенний призыв, предусмотренный планом на год.
Полностью исключать изменение ситуации в будущем никто не берётся — оборонные решения принимаются исходя из обстановки на конкретный момент. Но фактов, которые указывали бы на скорое объявление мобилизации, сегодня нет.